"Механизм торможения"
(Продолжение, начало №17)
Эвфемизм "механизм торможения" был изобретен на заре советской "перестройки" для того, чтобы напрямую не называть бюрократическую Систему, основанную на геронтократии, сращении государственной и военно-полицейской машин, коррупции и т. п. Советские люди, может быть, в глубине души даже гордились тем, что смогли произвести на свет такого монстра. Это, конечно, была аберрация, связанная с навязанной иллюзией, что, мол, там, "за бугром", все совсем по-другому. Для среднего американца там, наверное, и действительно все по-другому сравнительно со средним советским человеком (да и постсоветским тоже). Но у Власти свои принципы, и они, в общем-то, везде сходные.
Пол Бэран на своем
опыте испытал, что такое
"механизм торможения"
бюрократической машины в его
американском варианте, но
поделиться своими наблюдениями
счел возможным только недавно.
Проблемы взаимоотношений его и его коллег с властными структурами были разного порядка. Так, в попытках моделирования последствий возможного ядерно-ракетного конфликта перестраховщики из военных и государственных ведомств усмотрели подрыв обороноспособности страны и демонстрацию слабости, поскольку якобы показывали несовершенство систем обороны, над созданием которых с таким тщанием работали эти самые ведомства. В Конгрессе даже был проведен закон, который запрещал исследователям из организаций, финансируемых из бюджета, заниматься изучением последствий ядерной войны. Однако исследования все равно продолжались, только их из предосторожности перестали так называть. А потому разработки по созданию надежной системы коммуникаций выдавались за разработки по эффективному управлению ракетами. Был придуман и соответствующий эвфемизм - "минимально необходимая коммуникация". Так что такого рода препятствия были преодолимыми, поскольку можно было эксплуатировать принцип "наивного реализма": что не названо, то и не существует.
Но были проблемы и другого рода. И проистекали они из того, что в то время монополистом в области коммуникаций была компания AT&T, которая состояла в тесном альянсе с Департаментом обороны, а основную ставку делала на развитие телефонных сетей. Исследователей из Rand ставили перед вопросом: почему они в своих разработках не опираются на широкую телефонную сеть. В Rand же, как уже было сказано, очень быстро просчитали, что даже при ограниченном ракетно-ядерном ударе телефонная сеть будет практически парализована даже без прямых попаданий - только как результат сопутствующих разрушений. Слабое место телефонной сети - ее высокая централизация и иерархическая структура (5 уровней иерархии), с одной стороны, и аналоговый характер, с другой. При неудовлетворительном качестве связи было почти невозможно пробиваться через все пять уровней соединений, тем более, при частичном разрушении сети. И решение виделось в использовании сети длинноволновых радиостанций.
AT&T это никак не удовлетворяло, поскольку выявление слабых сторон их системы угрожало выгодным госзаказам. Rand не была внедренческой организацией, она могла передать свои разработки тем, кто действительно мог бы применить их в масштабах страны. Но AT&T была несговорчива, и когда руководство ВВС предложило ей заняться рэндовскими разработками под соответствующее финансирование, ее эксперты отнекивались в том смысле, что такая система, мол, просто не будет работать, да и вообще, зачем становиться самим себе конкурентами.
Дело, конечно, было не только в конкуренции. Существовал принципиальный разрыв в понимании существа дела. Те, от кого зависело принятие решения, были людьми преклонного возраста (graybeards "стариканы", по выражению самого Бэрана), привыкшие всю жизнь иметь дело с аналоговыми линиями, и они не могли взять в толк, как же можно проводить манипуляции с сигналом (например, перенаправление по другому пути) во время самой его передачи. "Аналоговая парадигма" и в самом деле этого не допускала. Бэран характеризовал это как проблему поколений, хотя солидарность со старшими в непонимании демонстрировали и многие более молодые инженеры. В общем, все они так или иначе считали, что Бэран просто морочит им голову. Некоторое понимание и заинтересованность была выказана только отдельными специалистами из Bell Labs.
После множества тщетных попыток договориться Rand в 1965 году предложила командованию ВВС начать внедрение без участия AT&T. Оценки показали, что при этом затраты возрастут лишь незначительно, но зато система почти сразу окупится. Дела сразу пошли в гору, но тут опять свое слово сказали "враги (американского) народа". В Министерстве обороны решили, что, согласно Акту реорганизации этого министерства 1949 года, подобного рода деятельность относится к компетенции Агентства по защите коммуникаций, службы которого разрабатывали каждая свою собственную систему. В целом, Агентство проявляло к разработкам Бэрана, скорее, чисто "спортивный" интерес.
На успешное внедрение при таких обстоятельствах надежд почти не было, зато были все шансы в случае неудачи скомпрометировать идею на много лет вперед. И в начале 1966 года Бэран решил махнуть на все рукой. По его словам, было бы лучше, если бы Советский Союз имел тогда более совершенную систему управления, чем Соединенные Штаты, но этого не было. А в том, чтобы бесконечно переубеждать благодушных "патриотов", он уже смысла не видел.
Незаинтересованность компетентных органов была столь очевидна, что практически не существовало никакого режима секретности в отношении проблемы пакетных переключений. Открыто публиковалось практически все, что можно было опубликовать. Сам Бэран в 1965 году читал на эту тему спецкурс в Мичиганском университете. Опубликованные материалы рассылались в соответствующие исследовательские центры всего мира. Засекреченными были только некоторые наработки, которые касались уязвимости системы коммуникаций и управления.
1966 год принес некоторое ослабление опасного противостояния двух ядерных сверхдержав, а идея пакетного переключения стала практически общедоступной. Пол Бэран так и не запатентовал свое изобретение. Позднее это уже не имело смысла, поскольку, по его словам, одной из целей его внедрения было "расширение доступа" к коммуникациям. Он переключился на другие проблемы - в частности, одним из первых занялся вопросами защиты компьютерной информации от несанкционированного доступа, о чем и сделал первый доклад Конгрессу.
В общем, военные здорово "лопухнулись" с идеей пакетного переключения. Зато позднее, попав в более благоприятную и демократическую университетскую среду, эта идея дала хорошие "всходы". Тем более, что идея объединения компьютерных ресурсов в сеть уже тщательно прорабатывалась и в других исследовательских центрах, прежде всего в ARPA (Advanced Research Projects Agency Network - Агентстве передовых исследовательских проектов) Министерства обороны США, которому суждено было сыграть ключевую роль в создании ArpaNet - предшественницы будущего интернета. Здесь также пришлось преодолевать многочисленные стереотипы, питаемые инерцией крупных индустриальных корпораций. Один из таких стереотипов - восприятие компьютера как всего лишь мощного вычислительного устройства, а не как совершенно нового средства коммуникации между людьми. Коммуникационный потенциал компьютеров, с одной стороны, и осознание необходимости дигитализации (компьютеризации) коммуникаций, с другой, - вот две главные темы, совмещение которых в рамках одной парадигмы привело в конечном итоге к созданию первых компьютерных сетей. Две идеи Бэрана - технологии пакетного переключения и распределенной сети - сыграли в этой ранней истории интернета одну из главных ролей.
Сергей САНЬКО
![Версия для печати Версия для печати](https://www.kv.by/sites/all/modules/print/icons/print_icon.png)
Горячие темы