Как девушке в 19 лет удалось стать Team Lead? Об этом в интервью с Еленой Денисенко узнавал портал dou.ua.
- Лена , как Вы пришли в ИТ?
— С раннего детства окружающие замечали у меня неординарные способности в области математики. То, что другим давалось тяжело, не вызывало у меня никаких сложностей. Во втором классе школы я уверенно владела математической программой за 5 лет обучения. Стала интересоваться более сложными вещами, выходящими за рамки школьной программы. В это же время мне попалась на глаза книга по С++. Прочитав первые
По моей просьбе мне купили книгу по C#, объемом более 1000 страниц. Тогда я впервые столкнулась с трудностью понимания и изучения. Пришлось сильно потрудиться, проявить терпение, настойчивость. Как награда — через год я могла программировать достаточно сложные Web-приложения, в том числе знала SQL и front-end. Тогда я осознала, что способности не гарантируют успех, а самое важное — постоянно работать над собой. После этого мне и открылись двери в сферу IТ.
- Во сколько лет начали работать?
— Мой неофициальный опыт коммерческого программирования начался в
Официальная профессиональная карьера началась в
В мои обязанности входила разработка безопасного клиент-серверного программного обеспечения для Web-сервисов компании. Кстати, для получения этой работы мне пришлось приложить немало усилий, чтобы взять официальное разрешение от государственных органов по охране труда.
- Как развивалась ваша ИТ-карьера?
— Иногда было легко, иногда — тяжело. Некоторые работодатели, увидев меня на собеседовании, спрашивали про возраст и сразу отказывали, другие интересовались именно профессиональным уровнем, возможностью постоянной работы. В начале карьеры я никогда не указывала свой возраст и образование при составлении резюме, чтобы получить доступ к процессу собеседования, иначе сразу получала отказ.
Потом мне рассказали, что компании более охотно приглашают на собеседование кандидатов с профессиональной сертификацией. Я считаю, что сертификаты не в полной мере свидетельствуют о профессиональной подготовки специалиста, но для увеличения своих шансов на лучшее место работы в 16 лет я получила квалификацию Microsoft Certified Professional. В дальнейшем мне это очень помогло получить достойную работу. Мой совет молодым программистам — обязательно получать профессиональные сертификаты. Они способствуют позитивному восприятию работодателями.
В аутсорсинге я впервые начала работать в IBA Group в должности Software Engineer. Благодаря этой компании изучила стек Java технологий. Потом получила должность Senior Software Engineer в компании EPAM, работала с .NET, С#. Мне повезло с Team Lead-ом, я многому у него научилась.
Качественный скачок в профессиональном росте произошел, когда я работала одновременно в двух зарубежных небольших компаниях на связанных проектах в качестве Software Architect. Там получила опыт создания с нуля мощных алгоритмических конструкций, распределенных параллельных вычислений в облачных средах, Big Data, NoSQL.
- Как удалось стать Team Lead в 19 лет?
— Я не ставила перед собой задачу стать именно Team Lead-ом, просто хотела устроиться на работу, которая позволила бы мне расти как специалисту. В итоге я приняла предложение компании Luxoft, потому что должность Team Lead-а в этой компании не ограничивается исключительно менеджерской работой.
Мои обязанности предусматривают полный спектр технических вопросов разработки ПО, от проектирования архитектуры до запуска программного продукта. Для меня это очень важно, так как позволяет мне совершенствоваться и как архитектору программных решений, и как менеджеру.
Процесс трудоустройства прошел очень быстро и гладко. Были собеседования и в компании, и с заказчиками. Меня никто не спрашивал про возраст. Вопросы касались только проверки профессиональной квалификации, опыта работы, личных качеств.
В то же время всегда находятся люди, утверждающие, что настоящим Senior разработчиком можно стать только после 30 лет, и так далее. Хочу сказать, в большинстве случаев они правы, но есть исключения, и не только я. Таких молодых людей достаточно много, а если бы система IТ-образования базировалась на современных методиках, было бы еще больше.
- Каким видите свое дальнейшее профессиональное развитие?
— Мне ближе развитие в техническом направлении, поэтому в ближайшее время собираюсь сосредоточиться на работе в качестве Software Architect в областях Big Data, Data Analisys, Functional Programming, Cloud Computing.
О науке
- Где вы учились? Приходилось ли совмещать учебу с работой?
— Поступила в Гомельский государственный университет в Беларуси в 15 лет. Училась заочно по специальности «Программное обеспечение информационных технологий», по которой досрочно прошла полную программу обучения. В традиционном понимании студентов не совмещала работу и учебу, приходилось только два раза в год приезжать на сессию для сдачи экзаменов и зачетов.
По учебе проблем никогда не было, так как при изучении учебных предметов я не ограничивалась программой обучения университета. Всегда изучала дополнительные материалы, в частности курсы MIT и другие. В университете участвовала в научных конференциях, писала статьи. Пользуясь случаем, хочу поблагодарить руководство Гомельского государственного университета — ректора А. В. Рогачева , первого проректора С. А. Хахомова, декана математического факультета С. П. Жогаля, заведующих профильных кафедр и всех моих преподавателей за их помощь и поддержку.
- Научные интересы развиваете?
— Да, в настоящее время провожу научные исследования в области математических алгоритмических абстракций, возможных к применению в области параллельных распределенных вычислений в облачных средах. Мои исследования касаются области функционального программирования, в частности разработки масштабируемого алгоритмического конструктора на основе монад с помощью обучаемого искусственного интеллекта.
Недавно я получила приглашение стать кандидатом на избрание в качестве члена Совета попечителей организации «F# Software Foundation» (FSSF), что стало приятной неожиданностью. Эта организация представляет собой сообщество признанных экспертов, которые определяют будущее развитие языка F#. Результат голосования будет известен в конце апреля — начале мая.
«Способности не гарантируют успех, а самое важное — постоянно работать над собой»
О работе
- Как ладите с подчиненными, которые вдвое старше вас? Воспринимают ли они вас как начальницу? Возникают ли сложности?
— Программисты — очень свободные люди, которые не терпят жесткого стиля управления. Я воспринимаю свою роль как лидера, который помогает команде в целом и каждому отдельному участнику быть более продуктивным, выстраивать и достигать промежуточных и конечных целей с минимальным количеством усилий. Делаю все, чтобы программист писал понятный и правильный код, не отвлекаясь на внешние раздражители.
Меня скорее воспринимают как функционального менеджера, помогающего в достижении продуктивного результата каждому программисту и компании в целом, а не начальника в общепринятом понимании. К счастью, я никогда не испытывала сложностей в управлении командой.
- А как реагируют заказчики компании? Доверяют вам как специалисту?
— Будет нескромно судить о собственной работе. Единственное, что могу отметить — претензий и жалоб со стороны Заказчиков еще никогда не поступало.
-Были ли какие-то интересные случаи, связанные с вашим юным возрастом на высокой должности?
— Лично со мной не происходило ничего необычного. Но я могу рассказать интересный случай, произошедший с моей сестрой Натальей. Ей 16 лет, и она тоже работает в компании Luxoft в должности Software Engineer. В первый рабочий день она пришла в офис и попыталась пройти на свое рабочее место через пост охраны. Там ее остановил сотрудник службы охраны, спросил, куда она идет и какова её цель визита. Наташа ответила, что она здесь работает. Однако в ответ он посмеялся и долго её не пропускал. В итоге всё-таки пропустили :)
- Как вы думаете, почему в IТ мало девушек?
— На самом деле в IТ их достаточно много. Девушки работают в сферах тестирования, бизнес-аналитики, разрабатывают документацию, работают в службах поддержки и т.д. Другое дело, что среди разработчиков и инженеров их небольшое количество.
Мне кажется, всё дело в объективных причинах. Сложившиеся традиции и менталитет в обществе не ориентируют девушек на получение определенной профессии. Считается, что это для них не главное. В результате достаточно большое число потенциальных женщин-разработчиков к моменту завершения обучения не обладают достаточной квалификацией для конкуренции с мужчинами.
В Западной Европе и Северной Америке ситуации иная, и там количество женщин в IТ постоянно растет. Я думаю, что и в Украине, и в Беларуси ситуация вскоре начнет меняться.
-Нравится работать в мужском коллективе?
— Да. Мужской коллектив более предсказуем, логичен, почти отсутствуют резкие эмоциональные проявления. Вероятность неожиданного возникновения негативных отношений существует гораздо в меньшей степени, чем в женском коллективе.
-В чем заключается самая большая сложность в работе Team Lead?
— Самая-самая — чтобы были «и волки сыты, и овцы целы». Другими словами, надо, чтобы одновременно и заказчики, и компания, и программисты были довольны. Сложность в том, что на первый взгляд у всех взаимоисключающие цели, которые очень сложно согласуются между собой. Цель компании — получить максимальную прибыль — противоречит цели заказчика — снизить издержки на разработку. Цель программиста в виде высокой заработной платы противоречит сразу главным двум целям компании и заказчика. Вот в этом и заключается моя самая сложная задача — правильно согласовать их в условиях моей команды на конкретных проектах.
- Какие навыки важны, чтобы грамотно управлять командой?
— Всё зависит от компании, заказчиков, программистов, проектов и т.д. Нет универсального рецепта для успешного руководства. Существуют системы управления проектами, командами, которые помогают избежать грубых ошибок с помощью встроенных систем контроля, различных метрик и т.д. Однако это всего лишь удобные вспомогательные инструменты, которые не гарантируют успех сами по себе.
На мой взгляд, есть два качества, без которых невозможно эффективно управлять командой. Первое — высокая профессиональная компетентность Team Lead-а. Второе — уважение к каждому инженеру-программисту в команде.
О личном
- Сейчас в ИТ-кругах популярна тема о переезде за границу. А вы об этом не задумываетесь?
— Переезд сейчас — очень обсуждаемая тема. Но я бы ушла от вопроса «кто виноват и что делать», сместив акценты от целесообразности переезда или «непатриотичности» такого шага к реформированию IТ-отрасли и создания в Украине наиболее благоприятных условий для ее развития.
Я убеждена, что именно IТ-отрасль наряду с аграрной способна кардинально повлиять на рост ВВП в стране, и это не
Что касается меня лично, то иногда я думаю о релокации, но не как об изменении постоянного места жительства, а как о возможности получить определенный жизненный опыт.
- Расскажите о книге, которая повлияла на вас больше всего.
— Наибольшее влияние оказала на меня книга по С++, про которую я упоминала. Я не прочла её полностью, но именно благодаря ей убедилась, что программирование — моё будущее. К сожалению, я не помню точного названия и автора. Эта книга ценна для меня не столько своим содержанием, сколько как источник интереса к профессии программиста.
- Чем занимаетесь в свободное время? Есть хобби?
— Раньше я любила в отпуске, на длинные выходные или праздники путешествовать по разным странам и дегустировать новые и экзотические блюда. Сейчас почти всё время отнимают работа и научные исследования, появилось большое количество деловых поездок. Поэтому я стала совмещать путешествия по работе со своими увлечениями — по-другому уже редко получается.
- Что можете посоветовать молодым людям, желающим стать IТ-специалистами?
— Во-первых, не стоит идти в IТ, если тобой движет только желание много зарабатывать. Это достаточно сложная профессия, требующая постоянного обучения. Одни только деньги не смогут стать мотивирующим фактором.
Во-вторых, хорошему инженеру-программисту, в зависимости от выбранных технологий, необходимы сильные знания различных разделов математики, алгоритмов, структур данных, сетей. Очень рекомендую добросовестно изучать эти дисциплины, и желательно — по современным научным программам. Тем самым вы приобретете фундаментальную основу для дальнейшего становления.
В-третьих, учите английский язык. Это откроет перед вами многие двери.
![Версия для печати Версия для печати](https://www.kv.by/sites/all/modules/print/icons/print_icon.png)
Комментарии
О чём статья? О том, что надо иметь способности и учиться, учиться, учиться.
Ну и о том, что женщины иногда становятся технарями. Редко.
Для меня инфы в статье нет. Тройка. С плюсом. :)
Да, о том, что надо НЕ просто понимать, но и зубрить, зубрить, зубрить (С)
Редко но метко! (C)
" Я была капризным ребёнком, росшим на лирической стороне жизни, и относилась к математике и науке так, будто они были симптомами чумы. И потому странно, что я превратилась в человека, ежедневно имеющего дела с тройными интегралами, преобразованиями Фурье и, жемчужиной математики – уравнением Эйлера. Сложно поверить, что из матофоба я превратилась в профессора прикладных наук.
Однажды один из моих учеников спросил, как мне это удалось – как я изменила свой мозг. Мне хотелось ответить – чёрт возьми, с трудом! Я всё-таки заваливала экзамены по математике и физике в начальной, средней и высшей школах. Я записалась в класс для отстающих по математике после того, как отслужила в армии, в 26 лет.
К счастью, моя докторская по системному проектированию, во время которой я постигала точные науки, технологии, технические науки и математику (STEM – Science, Technology, Engineering, Math), и моё последующее исследование на тему человеческого мышления, помогло мне понять недавние прорывы в неврологии и когнитивной психологии, связанные с обучением.
В последовавшие за получением мною докторской степени годы через мой класс прошли тысячи студентов – выращенных в начальной и средней школе с верой в то, что понимание математики через активное обсуждение является талисманом обучения. Если вы можете объяснить, что вы выучили, другим – допустим, нарисовав картинку,- тогда вы, наверное, действительно это поняли.
Примером этой техники, «сфокусированной на понимании», и объектом подражания стала Япония. Но из обсуждения часто пропадает конец истории: в Японии также изобрели и метод обучения «Кумон», который основан на запоминании, повторении и зубрёжке для достижения школьником отличного владения материалом.
Проблема с концентрацией только на понимании состоит в том, что ученики, постигающие математику и точные науки, часто могут нахвататься основных понятий о важной идее, но её понимание быстро ускользает без его закрепления через практику и повторение. Как недавно сказал мне один из неуспевающих учеников, «Не пойму, почему я так плохо справился с заданием. Я ведь в классе всё понимал». Он не выработал процедурного владения или способности применять знания.
когда вы понимаете, почему вы что-то делаете в математика, вам не нужно каждый раз объяснять себе одно и то же. Вы запоминаете, что при умножении одинаковых чисел в разной степени вы можете просто складывать степени (104 x 105 = 109). Используя эту процедуру часто и в разных случаях, вы обнаружите, что вы понимаете, почему и как она работает. Лучшее понимание темы происходит из создания в мозгу осмысленного шаблона.
Я выучила всё это насчёт математики и насчёт самого процесса обучения не в классе, а по ходу течения моей жизни, как человек, в детстве читавший Мадлен Ленгль и Достоевского, изучавший языки в одном из ведущих мировых языковых институтов, а затем резко поменявший свой путь и ставший профессором технических наук.
Будучи молодой девушкой, страстно желавшей изучать языки, и не обладавшей нужными деньгами и навыками, я не могла позволить себе оплачивать колледж. Поэтому я после школы пошла в армию. Мне нравилось изучать языки в школе, и казалось, что армия – как раз то место, где человек может получать деньги за изучение языков, посещая высоко ценящийся языковой институт Минобороны – место, где изучение языков превратили в науку. Я выбрала русский, поскольку он сильно отличался от английского, но был не таким сложным, чтобы изучать его всю жизнь и дойти в итоге до уровня 4-летнего ребёнка.
После армии я стала переводчиком на советских траулерах в Беринговом море. Работать на русских было интересно и увлекательно – но также это была внешне приукрашенная работа мигранта. Во время сезона добычи рыбы ты ходишь в море, зарабатываешь неплохо, периодически напиваешься, а затем возвращаешься в порт в конце сезона и надеешься, что тебя снова наймут в следующем году. Для русскоговорящего человека была практически только одна альтернатива этому – работа на АНБ. Мои армейские контакты подталкивали меня к этому, но у меня не лежала к этому душа.
Из-за моих возможностей склонять слова по-русски мой дом не осаждали. Если только я не была готова терпеть морскую болезнь и периодическое недоедание на вонючих траулерах посреди Берингова моря. Я не могла не вспоминать об инженерах из Вест-Поинта, с которыми я работала в армии. Их математический подход к решению проблем явно был полезен для реального мира – более полезен, чем мои неудачи с математикой.
Так что, в 26 лет я, уходя из армии и оценивая возможности, вдруг подумала: если я хочу заняться чем-то новым, почему бы мне не попробовать нечто, что открыло бы мне целый новый мир перспектив? Технические науки, например? А это значило, что мне предстоит изучить новый язык – язык счисления.
С моим плохим пониманием простейшей математики, после армии я занялась алгеброй и тригонометрией по курсу для отстающих.
Изучая русский, я старалась не только понимать что-либо, но и достигать беглости в этом. Посредством практики можно понимать и переводить десятки и сотни слов с другого языка. Но если у вас нет беглости, то когда кто-то быстро выплёвывает вам кучку слов, как в обычном разговоре, у вас не возникает понятия о том, что этот человек говорит, хотя технически вы вроде бы понимаете все слова и структуру.
Этот подход, сосредоточение на беглости, а не на простом понимании, вывел меня на первое место в классе. Тогда я этого не понимала, но этот подход дал мне интуитивное понимание основ обучения и выработки экспертных навыков – кускование [chunking].
Кускование впервые было предложено в революционной работе Герберта Саймона при анализе шахмат. Кусочками служили различные мысленные аналоги шахматных шаблонов. Нейробиологи постепенно пришли к пониманию того, что эксперты, допустим, в шахматах, являются таковыми, поскольку могут хранить тысячи кусочков знания в долгосрочной памяти. Такой уровень настоящего понимания и возможность использовать это понимание в новых ситуациях приобретается только из знакомства с предметом, полученного от повторений, запоминаний и практики.
Ежедневное и непрерывное изучение русского языка возбуждало и укрепляло нервные контуры в моём мозгу, и я постепенно начала связывать вместе славянские кусочки, которые легко можно было вызывать из памяти. Чередуя изучение, практикуясь так, что я знала не только когда можно использовать слово, но и когда его использовать не нужно, или нужно использовать другой его вариант, я использовала те же подходы, что используют для изучения математики.
Изучение математики и точных наук во взрослом возрасте я начала с той же стратегии. Я смотрела на уравнение – для простого примера возьмём второй закон Ньютона, F = ma. Я практиковалась в ощущении значения каждой буквы: «f», то есть сила,- это толчок, «m», масса,- тяжёлое сопротивление толканию, «a» было радостным ощущением ускорения. (В случае с русским языком я так же практиковала произношение букв кириллицы). Я запоминала уравнение, носила его в своей голове и игралась с ним... для хорошего изучения математики и точных наук мне нужно было медленно и ежедневно строить прочные нервные кусковые подпрограммы.
Со временем профессора математики и точных наук сообщили мне, что построение хорошо зафиксированных в памяти кусочков опыта посредством практики и повторения было жизненно важно для достижения успеха. Понимание не приводит к беглости. Беглость приводит к пониманию. Вообще, я считаю, что реальное понимание сложной темы происходит исключительно от беглости.
Вторгаясь в новую для меня область, становясь инженером-электриком, и, в итоге, профессором инженерного дела, я оставила русский язык позади. Но через 25 лет после того, как я в последний раз подымала стакан на советских траулерах, мы с моей семьей решили совершить путешествие по Транссибу через всю Россию.
Я искала слова, мои склонения и спряжения путались, а почти идеальный ранее акцент звучал ужасно. Но основа никуда не делась, и постепенно мой русский улучшался. Даже рудиментарных знаний хватало для ежедневных нужд. Вскоре экскурсоводы начали подходить ко мне за помощью в переводе для других пассажиров. Прибыв в Москву, мы сели в такси. Водитель, как я потом поняла, попытался нас обмануть, поехав в другую сторону и застряв в пробке, считая, что не разбирающиеся иностранцы спокойно выдержат лишний час счётчика. Внезапно русские слова, которыми я не пользовалась десятки лет, вылетели из моего рта. Сознательно я даже не помнила, что знаю их.
Беглость, когда она понадобилась, оказалась под рукой – и выручила нас. Беглость позволяет пониманию встроиться в сознание, и всплывать по необходимости.
Смотря на недостаток людей, специализирующихся в точных науках и в математике в нашей стране, и наши текущие техники обучения, и вспоминая свой собственный путь, с сегодняшними моими знаниями о мозге, я понимаю, что мы можем достичь большего. Как родители и учителя, мы можем использовать простые методы углубления понимания и превращения его в полезный и гибкий инструмент.
Я открыла, что наличие основной и глубоко выученной беглости в математике и точных науках – а не простого «понимания», чрезвычайно важно. Оно открывает пути к самым интересным занятиям в жизни. Оглядываясь в прошлое, я понимаю, что мне не обязательно было слепо следовать моим изначальным склонностям и страстям. Та же самая «беглая» часть меня, обожавшая литературу и язык, в результате полюбила математику и точные науки – и в итоге, преобразила и обогатила мою жизнь. "