Я - это я, а вы - это вы. Это очевидный наблюдаемый факт. Однако, несмотря на его очевидность, современная наука не в состоянии его объяснить. Если меня клонировать, то это не буду я. Это будет другая личность. Если клонировать вас, то это тоже не будете вы. Это будет идентичный биологический организм, но не вы. Если я был знаком с вами, то с вашим клоном мне придется все равно знакомиться заново. Причем, это будет автономная, самостоятельная личность, никак от вас не зависящая. То есть, идентичность биологических структур тела, вплоть до мельчайших тонких деталей его анатомического строения, не имеет отношение к я, управляющему этим телом.
Для меня существуют только я и окружающий мир, который я вижу и воспринимаю. Для вас существуете только вы и мир, который видите вы. Почему я и вы знаем, что существуем? Я вижу и слышу. Я запоминаю то, что происходит. Мы можем подсоединить к компьютеру камеры и микрофоны, а также заставить его запоминать все, что будут фиксировать эти приборы. Почувствует ли этот компьютер себя личностью? Очевидно, что нет. Можно загрузить в компьютер программу, которая будет осуществлять обработку поступающей извне информации и даже пытаться рефлектировать. Но станет ли от этого компьютер настоящим я? Опять же - нет. Почему?
То есть, я находится не в биологических структурах тела и не в функциональной схеме запоминания и обработки информации. Тогда где же? Высшие силы? Я ученый и в это не верю. Ответ на вопрос "Что такое я?" должна найти наука. Это ключ к тайнам жизни, смерти и времени. Не имея научного ответа на этот вопрос, не удастся создать настоящий искусственный интеллект.
Одним из ученых, которые задумывались над этим вопросом, был наш белорусский, советский философ Алексей Климентьевич Манеев. Он, в частности, писал: "Идеи подобного рода фактически находятся в русле исследований и разработок по проблемам искусственного интеллекта, позволяющих поставить и обсудить вопрос о наличии в составе белковых живых организмов и такой специфической полевой компоненты, которая, возможно, существенно детерминирует комплекс свойств жизни и психики. Мы называем его биопсифеноменом, субстратом которого считаем биопсиполевую формацию". Для того, чтобы в советское время высказывать подобные мысли, нужно было обладать мужеством. Это в нынешнюю постперестроечную эпоху можно писать все что угодно. А тогда все обстояло значительно серьезнее, особенно для официального сотрудника академического института... С идеями и гипотезами Манеева можно соглашаться или не соглашаться, но для меня ценно то, что вопрос о природе я и источнике человеческой субъективности им осознавался и ставился именно как научная проблема. Он предполагал, что в основе феномена осознания каждым из нас собственного я лежит особый материальный субстрат - биопсиполе. "С данной точки зрения на основе атрибута отражения биопсиполя и осуществляются рефлексия, оценочное отражение, вообще процесс познавательного мышления, в том числе и собственного состояния организма в его единстве с биополем. Такое отражение нашей "самости" выступает как самосознание, восприятие субъектом собственного бытия, т. е. как фиксирование существования своего "я" любым индивидом".
Сам термин "биополе" ввел в научный обиход крупный русский, советский биофизик и эмбриолог Александр Гаврилович Гурвич. В дальнейшем понятие биополя стало широко использоваться шарлатанами от науки и в значительной степени оказалось дискредитировано. В том смысле, в котором этот термин используется в псевдонаучной и целительской литературе, никакого биополя, конечно же, не существует. Всякий живой организм и человеческое тело, в том числе, является источником тех или иных известных науке полей и излучений (например, теплового излучения), но в этом нет ничего особенно загадочного или мистического. Явления эти в достаточной мере исследованы. Отчасти поэтому работы Алексея Климентьевича Манеева, понятые излишне буквально, вызывали волны критики со стороны представителей физической науки. Со своей прямолинейной физикалистской позиции они, в общем, совершенно правы.
Однако в рамках научно-философского направления русского космизма (к которому некоторые авторы вполне справедливо причисляют Манеева) речь шла о гораздо более тонких вещах, а именно - о гипотетическом субстрате, материальном носителе субъективности. Как его назвать, поле это или не поле, сказать пока трудно. Этот вопрос до настоящего времени не решен и даже толком не осознан и не поставлен в рамках современной науки. Тем не менее, в русском космизме он ставился и являлся одним из ключевых.
Жить - это означает ощущать себя "я" и чувствовать время. Где же этот самый орган и что именно он воспринимает. Даже когда мы сидим на одном месте и наши пространственные координаты, вроде бы, не изменяются, мы все равно как будто летим из прошлого в будущее. Возникает иллюзия странного, специфического движения без движения. Причем жизнь любого из нас - это маленький, но абсолютно уникальный и неповторимый эпизод в истории Вселенной. Причем этот спектакль под названием "Эволюция Вселенной" разыгрывается сразу без репетиций и повторов непосредственно в "прямом эфире". И нет никакой принципиальной возможности нажать на паузу, отмотать ленту судьбы отдельного человека или всего космоса немного назад и проиграть наиболее понравившиеся моменты еще разок... Каждое маленькое или большое событие в жизни человека или Вселенной состоялось раз и навсегда. Ничего нельзя вернуть и переиграть. Этим движение во времени отличается от движения в пространстве. Вернуться в ту же точку пространства можно (конечно, с определенной долей условности), а вот вернуться в ту же точку времени уже никак не получится. Различного рода "кротовые норы" и "дыры" представляют собой, скорее, спекулятивные экстраполяции математических моделей, в которых время интерпретируется как простое геометрическое измерение, далеко за границы их экспериментально верифицируемой применимости. Лишь в области синергетики начинается осознание сущности времени как невоспроизводимого и уникального событийного потока и исторического процесса. Структура реальности более всего должна напоминать некий динамический суперфрактал, всякий фрагмент которого всегда несет в себе уникальные и никогда не повторяющиеся черты.
В каком-то смысле каждый атом Вселенной представляет собой уникальный идентификатор. Таким образом, каждая точка Вселенной имеет свою постоянно изменяющуюся уникальную кодовую комбинацию. Мы, разумеется, пока живы, каким-то образом способны чувствовать и распознавать этот динамически изменяющийся уникальный код эволюции космоса - историческое время Вселенной - и ощущать себя ее единой частью. Если нам когда-нибудь удастся подключить таким же образом к космосу наши компьютеры - они оживут.
А. КОЛЕСНИКОВ,
[email protected]
![Версия для печати Версия для печати](https://www.kv.by/sites/all/modules/print/icons/print_icon.png)
Комментарии
Страницы
Если ты о нейронах, то в этом наше счастье, но всё равно мы ограничены, и есть вещи, которые наш мозг отразить не в состоянии.
Тривиально-с, т.к. ноумен не может быть повторим: и содержимое каждого нейрона в моске, и координаты частиц в атоме принципиально не поддаются экспериментальному исследованию. Другое колышет. Меня с детства интересовал вопрос: являются ли философы дармоедами? До сих пор не нашёл ответа.
а футболисты?:)
>>а футболисты?:)
Философский вопрос!
ноумен - как раз может...разве что в смысле субъективности ассоциаций каждого индивида...ну так сам же Майк утверждает, что число комбинаций состояний неронов конечно... И потом...разве атом - ноумен...не совсем...он вполне чувственно постигаем в опытах...и он - реальный объект, а не просто фантазия
Ну, mike, уже тебе было отвечено, как конечным наборов нейронов оперировать с бесконечностямии.
Хм, leonardo_iii, последние физические(!) модели предполАгают, что всё пространство-время - есть фантазия, или по научному - "эмерджентный феномен". ;-)
Страницы